Поиск

Азиатская геополитика

Если в Европе американское военное присутствие сокращается уже в течение пятнадцати лет, то в Азии американцы, несмотря на небольшие сокращения (точнее было бы назвать их передислокациями), наращивает свою военную мощь путем перестройки военного присутствия. Приоритетным районом со стратегической точки зрения для Пентагона, безусловно, считается Северо-Восточная Азия. Пентагон планирует создание сети малых баз в Австралии, Сингапуре и Малайзии. Кроме того, обсуждается возможность восстановления базы на Филиппинах и даже открытие военно-морской базы во вьетнамской Камрани, откуда ушел российский МВФ в 2003 году. Пентагон планирует также разместить в западной части Тихого океана еще одну авианосную группу.[1]

Новая стратегия США в Южной Азии базируется на идее кардинально новых отношений с Индией. Стратегическое значение Индостана очевидно: с территории Индии легко контролировать коммуникации, связывающие Ближний Восток и Восточную Азию, и осуществлять стратегическое давление на центральные районы Азиатского континента (т.е. СНГ, Иран и Китай). В совместных документах Пентагона и Министерства обороны Индии открыто говорится, что Китай представляет главную угрозу безопасности двух стран, будучи конкурентом в экономической и военной сфере. По выражению одного американского адмирала, «нам нужен друг в 2020 году, который сможет оказать Америке военную помощь для устранения китайской угрозы». Однако, наиболее здравомыслящие индийские стратеги предупреждают свое руководство, что углублять связи с США за счет КНР крайне опасно и недальновидно. Как ни парадоксально, но американо-китайские связи намного более интегрированы, чем американо-индийские.

Основной проблемой для США после оккупации Ирака стала северокорейская. Ситуация, сложившаяся после 2002 года все-таки заставила США согласиться на шестисторонние переговоры с участием помимо двух корейских государств Японии, КНР и России. Во всех ситуациях США категорически отказывались выполнить главное требование Пхеньяна – политическое признание. Традиционно настроенные американский генералитет и стратегический истеблишмент считают, что «в Корее война еще не закончена». То есть, предполагается, что она завершится после уничтожения коммунистического режима и объединения Севера и Юга. Но и есть другие, более здравые точки зрения. Часть американских аналитиков считает, что ракетно-ядерное оружие в руках Ким Чен Ира не представляет прямой опасности Америке. Гораздо более опасным являются попытки Пхеньяна заработать на нем по принципу: продать если не Бушу, то Бен Ладену. Учитывая последние факты в связи с ракетными и атомными программами Пакистана, Ливии и ряда других стран, эти опасения полностью оправданы. Это означает, что США даже готовы закрыть глаза на существование одиозного северокорейского режима (пока он не рухнет по естественным причинам), но в обмен сохранение статус-кво Пхеньян должен дать твердые и ясные гарантии в отношении закрытия своей ядерной программы.

Япония занимает во всех происходящих геополитических изменениях и стратегических играх в Азии далеко не последнее место. Проще говоря, Токио расстается со своей прежней ролью статиста и намерен в будущем играть более активную роль в обеспечении региональной и собственной безопасности, что было прежде заботой Соединенных Штатов. Это связано с тревожными для Японии тенденциями: переход позиций регионального военного и экономического лидера к Китаю, перенос акцента во внешней политике ближайшего союзника – США – с АТР на Ближний Восток, обострение тайваньской проблемы, возникновение прямой военной угрозы со стороны КНДР, твердость России по курильской проблеме.

В течение полувека американское военное присутствие на Японских островах и ядерные гарантии США были для соседей Токио доказательством того, что Япония будет воздерживаться от перевооружения. Такая ситуация является реликтом холодной войны и ее исчезновение – это вопрос времени. Поведение Японии в последние годы подтверждало, что Токио стремится вести себя как «нормальная страна», то есть иметь собственную военную политику и полноценную армию. К таким фактам следует отнести посылку миротворческого контингента в Ирак, конфликт с северокорейскими морскими силами, конфронтация с КНР из-за островов Сэнкаку, моральная поддержка Тайваня, бескомпромиссность по Курилам, интерес к активному участию в американской программе ПРО ТВД (театра военных действий).

Свои отношения с Вашингтоном Токио твердо был намерен из покровительственных превратить в равноправные и партнерские. Повидимому, в Вашингтоне это понимают и относятся к этой тенденции благожелательно. Причина все та же – Китай. Но помимо Китая в Токио начинают опасаться возможной мощи объединенной Кореи. Японские военные говорят, что в результате объединения страны корейские вооруженные силы будут в десять раз превосходить японские. Если не произойдет радикального сокращения вооруженных сил на первом этапе объединения, то Япония адекватно отреагирует на эту угрозу. К тому же неизвестно, как распорядится Сеул ракетным и возможно – ядерным потенциалом Севера. Ряд депутатов японского парламента открыто говорят, что в этом случае Японии следует перейти в разряд ядерных держав (технически для нее, как и для ФРГ, это вопрос одного-двух лет).

Таким образом, отмена Статьи 9 японской конституции (запрещающей стране иметь вооруженные силы) – это вопрос еще нерешенный (политически), но уже подготовленный к решению в головах японского политического и стратегического руководства. И это логически вытекает из динамики изменений в отношениях Токио с Сеулом, Пекином и Вашингтоном. Единственным сдерживающим фактором в этом случае будет, как и в ситуации с Западной Германией в 1950-е годы, инкорпорирование Японии в некие азиатские международные структуры по типу НАТО и ЕС для Германии. И конечно, остается узда в виде двусторонних отношений Токио с Соединенными Штатами.

Китай идеально подходил бы на роль спарринг-партнера Америки на азиатском ринге. Таким образом, для Америки Китай это не друг и не враг. Это страна, представляющая стратегическую угрозу, но в то же время это и ключевой торговый и инвестиционный партнер.

Идеальным для Америки решением азиатского стратегического ребуса было бы создание многосторонних организаций в АТР по типу НАТО и Европейского союза. В первом случае США смогли бы в отношении первой оказывать давление изнутри, а во втором – извне. И в любом случае США сохраняли бы центральное место. Действительно, положение Америки в сложной и запутанной системе взаимных связей, угроз, интересов и союзов в АТР напоминает роль ведущей оси в колесе, от которой к окружности расходятся спицы, но в центре всегда США. Не является исключением и Китай. Но с некоторых пор Пекин пытается – и успешно – играть ведущую роль в регионе.

Парадокс геополитической ситуации в Восточной Азии и АТР состоит в том, что если влияние США в регионе ослабнет, политический вакуум незамедлительно попытаются заполнить другие страны, в первую очередь Китай и Япония. Это при наличии многих взрывоопасных точек в АТР может привести к нарушению всего военно-политического баланса.


[1] О политике США в Азии см.: Том II: Внешняя политика и стратегия США на современном этапе и Центральная Азия. – Алма-Ата: КИСИ, 2006. – С.41-45.

Оцените статья

Нет комментариев. Ваш будет первым!