Афганистан: на пути к исламской республике

После известной речи М.Горбачева в феврале 1988 г.афганская драма, как казалось тогда, начала приближаться к развязке. В апреле1988 г. было подписано Женевское соглашение о выводе советских войск изАфганистана. Вывод войск стартовал 15 мая 1988 г. и завершился 15 февраля 1989г. Москва попыталась из своего очевидного фиаско извлечь последниеидеологические преимущества и предложила использовать урегулирование вАфганистане в качестве модели для решения подобных проблем в других частяхсвета. Однако Вашингтон придерживался использования до конца силового стиля врешении афганской проблемы: в марте 1988 г. Конгресс США достиг неформальногосоглашения о том, что поставки оружия муджахеддинам Соединенными Штатами будутпродолжаться до тех пор, пока Советский Союз будет поддерживать кабульскийрежим.

Однако в конце 1980-х гг. все активнее в Афганистане стализаявлять о себе другие региональные игроки. И в этом следует искать истокитрагедии, которая повторилась в Афганистане в 1990-е гг. Пакистан однозначнодавал понять, что он намерен заполнить вакуум власти в этой стране,образовавшийся после ухода советских войск. До последнего времени было неясно:кто возьмет власть в свои руки? Москва была намерена и дальше поддерживатькабульский режим; Вашингтон надеялся на его скорое падение. Как отмечали авторы«Обозрения», последним арбитром в этом споре оставался военный баланс междупротивоборствующими сторонами. Советский Союз делал все, чтобы последнее словоосталось за его клиентом и осенью 1988 г. начал применять тяжелые штурмовикиМиГ-27 и ракеты Скад против оппозиционеров, но не добился желаемогополитического эффекта, т.е. усадить за стол переговоров НДПА и оппозицию(альянс семи) и создать «правительство народного согласия» под эгидойкабульских марксистов.

Используя вывод советских войск, муджахеддины от тактикизахвата мелких городов и укреплений перешли к штурму крупных городов – Бамьяна,Талокана (Тахара), Кундуза и Ассадабада. К концу 1988 г. установилсяопределенный военно-политический баланс, но территория, контролируемаяправительством, существенно уменьшилась. Ему удалось удержать Хост иДжалалабад, а также отбить у оппозиции Кандагар и Герат. На последней фазевойны моджахеды получили такие опасные типы вооружений как противотанковуюракету франко-германского производства системы «Милан» и противовоздушнуюракету «Стингер». Однако на этой стадии борьбы муджахеддины избегали крупныхстолкновений и приступали к захвату той или иной области только после того, какее покидали советские войска. Только Ахмад Шаху Масуду, контролировавшемусеверо-восточные районы страны, приходилось с боем брать каждый участоктерритории, оставляемой «шурави».

Вскоре Советскому Союзу пришлось устанавливать воздушныймост для снабжения блокированного оппозицией Кабула; афганская война для СССРобходилась все дороже и дороже. В этих тяжелейших политических и военныхусловиях кабульский режим делал последние попытки укрепить свою популярность,пошел на свертывание проведенных апрельской революцией реформ и провозглашениеислама государственной религией. Однако, как полевые командиры, так и лидерыпешаварского альянса семи избегали политического сотрудничества с Кабулом инарушали собственные договоренности с ним. Так, Масуд, заключив с кабульскимправительством перемирие, нарушил его и завладел Талоканом. Москва со своейстороны использовала любую возможность, чтобы договориться с оппозиционерамиполитическим путем и сохранить лицо. Смерть пакистанского диктатора генералаЗия Уль-хака в августе 1988 г. привела к новому росту противоречий междулидерами моджахедов. В октябре 1988 г. заместитель министра иностранных делСССР Воронцов был назначен послом в Кабул и после неуспешных попыток провестисекретные переговоры с Раббани был вынужден официально встретиться с ним вТаифе (Саудовская Аравия), что оппозиция расценила как свою политическуюпобеду.

Эти настроения подогревались из Вашингтона, который яснодал понять муджахеддинам, что будет их поддерживать даже после реализацииженевских соглашений. При этом белый Дом благоволил к Г.Хекматиару,руководителю фундаменталистской партии «Хезб-и ислами». В перспективе США былинамерены отдать решающую роль при решении афганских проблем Исламабаду, что вконечном счете и произошло. Однако эти планы на время были расстроенынеожиданной гибелью генерала Зия Уль-хака, который мечтал об установлении«мусульманского пояса» на Среднем Востоке под гегемонией Исламабада, нечтовроде новой версии пакта «СЕНТО», направленного против Индии. Однако новоедемократическое правительство Беназир Бхутто было искренне заинтересовано встабилизации ситуации в Афганистане и нормализации отношений с Индией.

В новых политических условиях после вывода советских войскпоменялась тактика и стратегия Ирана. Поддерживая раньше Исламабад в егостремлении создать «мусульманский пояс», Тегеран после женевских соглашенийпонял, что дальнейшая поддержка Пакистана будет означать усиление позицийСоединенных Штатов в регионе. От критики этих соглашений Иран перешел к участиюв мирном процессе, а Велаяти дал сигнал шиитским группировкам – «тегеранскойвосьмерке», присоединиться к «пешаварской семерке», и в январе 1989 г. обаальянса провели совещание в Тегеране. Стратегической целью Ирана в этот моментбыло не допустить усиления влияния Соединенных Штатов. В самом иранскомруководстве точки зрения разделились: шиитские радикалы во главе с министромвнутренних дел Мохташеми рассматривали Афганистан в качестве «внутреннегодвора» Ирана и требовали активизировать поддержку единоверцев и в целом влияниеИРИ. Но возобладала умеренная позиция, олицетворяемая главой МИДа Велаяти инацеленная на полномасштабное участие Тегерана и покровительствуемых имшиитских группировок в мирном процессе.

Эксперты МИСИ уже в публикациях 1989 г. прогнозировалибудущую нестабильность Афганистана и главное – его дестабилизирующую роль врегионе. Основная причина нестабильности – этнические, религиозные иполитические противоречия между различными сторонами и вмешательство внешнихсил. В конце 1980-х гг. на первом плане были противоречия между пуштунскимигруппировками и шиитами, а также между т.н. умеренными и фундаменталистами. Сполитической точки зрения это означало, что первые поддерживали созыввсеафганской джирги (традиционнойплеменной ассамблеи пуштунов), а вторые требовали созыва в качествелегитимизации нового режима в стране шуры(т.е. религиозной легитимизации). За этим политико-религиозным конфликтом легкоугадывались этнические противоречия. Авторы считают, что окончание войны вАфганистане привело к новому балансу сил в стране, а именно – к политическомудоминированию пуштунов. Хотя пуштуны и пользовались всегда политическимвлиянием – при королевском режиме и даже при НДПА, это были представителистаринной аристократии или городской интеллигенции. Ситуация после 1989 г.означала приход к власти совершенно новой, деревенско-племенной пуштунскойэлиты исламско-фундаменталистского толка. С какой-то точки зрения это быладействительно победа контрреволюции.

Залогом афганской и региональной стабильности, заключаютавторы «Обозрения», могло быть только мирное установление равновесия междусоперничающими силами и кланами, исключение всякой возможности иностранноговмешательства и возвращение Афганистана к его традиционной исторической ролибуферного государства. 15 февраля 1989 г. последний советский военный покинулАфганистан. Это был генерал Громов, который медленными шагами перешел черезмост Дружбы над Аму-Дарьей. Занавес над афганской драмой опустился за егоспиной. Но впереди открывался занавес уже над новой драмой – в самом СоветскомСоюзе, которому оставалось существовать считанные годы.

Оцените статья

Нет комментариев. Ваш будет первым!