Природа коллективного разума

В развитых капиталистических странах элита технократов постепенноприходит на смену ста­рой элите – элите богачей.

Роберт Л. Хейлбронер

Организация – это некий комплекс мер, направленных на замену усилий и знанийодного человека более специализированными усилиями и знаниями не­скольких илимногих людей. При решении многочисленных задач в области экономики организацияявляется и воз­можной и необходимой. Производство стандартизирован­ных изделийили предоставление стандартных услуг, т. е. выпуск автомобилей, стали,производство энергии всех ви­дов, осуществление связи, позволяет создаватьвысокую концентрацию рабочих в одном географическом пункте. В этом случае речьне идет об искусстве или о чем-то анало­гичном ему. Конкретное изделие илиуслуга не ассоци­ируются с какой-то конкретной личностью. А если даже в небольшоймере такая зависимость и существует, как это имеет место в авиакомпаниях, то ив этом случае неминуемо происходит стандартизация, например в одеж­де илиприческах стюардесс или в обязательном порядке произносимом заверении, чтоприсутствие пассажира яви­лось источником «нашего удовольствия». Итак, организа­циявозможна.

Организация также необходима. Для производства стандартизированных товаров иуслуг требуются специ­алисты, до тонкостей знающие процессы производства иданные изделия или способные употребить свои знания для их возможныхмодификаций или усовершенствова­ний. Неотъемлемой частью специализации всегдаявляет­ся организация, так как организация – это то, что обеспечиваетсовместную деятельность узких и в основном бесполезных по отдельностиспециалистов, направленную на достижение полного и целесообразного результата.

Однако деятельность технических специалистов может служить лишь наиболееярким примером такого рода. Организация позволяет фирме осуществлять увеличениесвоих размеров, что приводит к росту ее влияния на ры­нок, общественное мнениеи усиливает ее позиции в отно­шениях с государством. Для осуществления этоговли­яния, т. е. для планирования производства, установления цен и выработкирыночной политики, для сбыта и рекла­мы, для планирования закупок, связей собщественностью и отношений с правительством, также нужны специалисты. И длятого чтобы совершенствовать организацию, в рам­ках которой работают этиспециалисты, в руководить ею, также требуются специалисты. В итоге мыслительнымцентром, определяющим действия фирмы, становится не отдельная личность, а целаясовокупность ученых, инже­неров и техников, специалистов по реализации, рекламеи торговым операциям, экспертов в области отношений с общественностью,лоббистов, адвокатов и людей, хорошо знакомых с особенностями вашингтонскогобюрократичес­кого аппарата и его деятельности, а также посредников,управляющих, администраторов. Это и есть техноструктура. Она, а не отдельнаяличность становится ведущей силой. «Мы полагаем, что сегодняшние и завтрашниепро­блемы в области управления столь сложны… что решать их всегда следуетколлективно» [Н. Sussenguth, Executive Board ef Lufthansa, Interview withRobert Spencer, The American Way, 1972, June, p. 20].

В тех случаях, когда решение задачи не может осу­ществляться на основеорганизации, размеры фирмы огра­ничены энергией и интеллектуальнымиспособностями от­дельной личности. Эти способности могут быть больше илименьше, но они ограничены. Когда же задача позво­ляет осуществить организацию,не существует заранее установленного верхнего предела для размеров фирмы. Всилу причин, которые мы рассмотрим несколько позд­нее, эти размеры могутдостигнуть огромных масштабов. Соответственно для этого сектора экономики будетхарак­терно существование сравнительно немногих очень круп­ных фирм. Именно вэтом будет состоять наиболее важная черта данного сектора. Следует отметить,что неоклас­сическая экономическая теория именно на эту черту не обращаетсовершенно никакого внимания. В соответствия с этой теорией фирма стремитсямаксимизировать свою прибыль. Издержки фирмы предопределены, или в основ­номпредопределены, внешними по отношению к ней усло­виями. Подобным же образомпредопределены спрос на её продукцию, доступная для фирмы на любой данный моменттехника. Из всех указанных условий и вытекает оптимальный масштаб ее операций,т. е. тот, при котором разность между затратами и ценой, помноженная на объ­емпродаж, максимальна. Способам определения этого иде­ального масштаба операцийпосвящены солидные разделы учебных курсов экономики, по большей части состоящихиз смутно припоминаемых элементов геометрии и других отраслей математики. Длякаждого предприятия такой оптимальный размер – такой предел – существует. И онможет быть превышен лишь в силу того, что управляю­щая верхушка охваченапагубной и иррациональной стра­стью к гигантизму, которая побуждает еестремиться к увеличению размеров в ущерб прибыли.

Для того чтобы правильно понять деятельность современного предприятия, нужнорешительно отказаться от этого исторически сложившегося шаблона. Он был быоправдан, если бы контроль над издержками производства, ценами, спросом итехнологией не зависел от размеров фирмы. Если же по мере того, как фирмарастет, она все в большей степени способна контролировать свои из­держки, своютехнику, свои цены, реакцию своих потре­бителей или правительства (т. е. есливсе они представ­ляют собой зависимую переменную, определяемую раз­мерамифирмы), то масштаб деятельности, при котором прибыль максимальна, очевидно,должен расти вместе с увеличением размеров самой фирмы. Увеличение разме­ров исвязанное с ним возрастание степени контроля над издержками, технологическимипроцессами, ценами, спро­сом и воздействием на государство могли бы в свою оче­редьстать одним из способов увеличения прибылей. Од­нако, как мы вскоре увидим,максимизация прибыли на в коем случае не является основной цельютехноструктуры. После того как достигнут определенный уровень прибыли, членытехноструктуры извлекают для себя зна­чительно больше пользы из самого процессароста. Обобществление переговоров,- с помощью которого их инфор­мацияобъединяется, проверяется и согласуется со сведе­ниями остальных членов группы.И они будут, таким об­разом, чувствительны к любому некомпетентному вмеша­тельствусверху или извне и окажут ему сопротивление. Отдельный человек можетсогласиться с решением другого, если ему известно, что он обладает большимизнаниями. Группа же будет ощущать, что она не может поступить подобным образом.То явление, которое зачастую назы­вают бюрократическим высокомерием, на самомделе отражает потребность устранить еще более самонадеянного индивида, неимеющего ни малейшего представления границах своего невежества. Естественнаясимпатия к отдельному человеку не должна служить кому-либо по­водом длязаблуждений в данных вопросах. Процесс при­нятия решений группой авторитаренпотому, что инстин­ктивно группа стремится оградить себя от слабо инфор­мированныхпосторонних лиц, включая и тех, кто номинально находится у власти.

Вторая причина перехода власти к техноструктуре ко­ренится в ростекорпорации и достижении ею зрелости. Небольшая корпорация, капитал которойсостоит из вло­жений лишь нескольких акционеров, передавших управ­ление одномулицу, только отдельными юридическими деталями (а именно ограничениемответственности) отли­чается от фирмы, собственником и руководителем кото­ройявляется одно и то же лицо. С ростом фирмы уве­личивается и число акционеров.Со временем происходит также распыление акций среди многих держателей в силуправ наследования, налогов на наследство, благотвори­тельности, уплатыалиментов и стремления акционеров, не принимающих участия в деятельности фирмы,или их доверенных лиц вкладывать средства в различные пред­приятия.Соответственно уменьшается доля капитала, при­ходящаяся на отдельного владельцаакций, а значит, и его власть. Акционеры, понимая слабость положения, стано­вятсяпассивными; они либо автоматически голосуют за список управляющих, либо вообщене участвуют в голо­совании. Директора приходят к выводу, что своей вла­стьюони обязаны управляющим, а не акционерам. По­этому они ограничиваются простымутверждением реше­ний управляющих.

Такие перемены имеют прогрессивный характер. Тот факт, что в крупныхкорпорациях руководство постепен­но переходит от владельца к управляющему,впервые был отражен Адольфом А. Бирлем и Гардинером К. Минзом в их классическомисследовании «Современная корпорация и частная собственность», опубликованном в1932 г. Они пришли к выводу, что из 200 крупнейших нефинансовых корпорацийСоединенных Штатов в 88 корпорациях, т. е. в 44%, вся власть принадлежитадминистрации. В обычных условиях ни одна из групп, акционеров не, смогла бысобрать достаточно голосов, чтобы быть способной оспаривать власть самозванойверхушки фирмы. Тридцать лет спустя подобное исследование на основе аналогичныхкритериев осуществил Роберт Дж. Лернер. Он пришел к выводу, что из 200крупнейших нефинан­совых фирм в 1963 г. не менее 169, т. е. 84,5%, находятсяпод полным контролем их администрации [R. J. Lamer, Ownership and Control inthe 200 Largest Nonfinancial Corporations, 1929 and 1963, The American EconomicReview, vol. 56, № 4, pt. 1, 1966, September, p. 777 et seq. В опре­делениипонятия «власти управляющих» имеется ряд субъектив­ных элементов, которыешироко использовались, чтобы сохранить представление о наличии власти усобственника и капиталиста. Однако в настоящее время выводы Бирля и Минзаполучили общее признание. Нет оснований полагать, что выводы Лернера менеедостоверны, хотя они пользуются меньшим авторитетом из-за сроков их публикациии личности автора.].

«Теперь почти все согласятся, что в крупной корпо­рации владелец – этообычно лишь пассивный получа­тель дохода; что, как правило, контроль находитсяв ру­ках администрации и что управляющие сами подбирают своих собственныхпреемников» [Е. S. Masоn. The Corporation in Modem Society, Gainbridge, Harvard UniversityPress, 1959, p. 4.].

Власть управляющих напоказ не выставляют. Более того, ее тщательным образоммаскируют. Повсеместно со­блюдаемый ритуал требует уважительного отношения ктем, чья власть номинальна. Почтенные советы директо­ров, избранныеуправляющими и изредка собирающиеся, чтобы одобрить действия, о которых имничего не известно, являются, как утверждают, ценным источником мудрости ируководства. В этом их власть. Вполне естественное уважение к возрасту илиначинающимся старческим причудам поддерживает эту иллюзию. И торжествен­ность,сопровождающая собрания членов корпорации, и связанные с этим скромныевознаграждения, и ограни­ченные требования в отношении понимания существа делачасто убеждают «внешних» директоров, т. е. тех, кото­рые сами не являютсячленами техноструктуры, в нали­чии у них власти. Эта иллюзия усиливаетсянеобходимо­стью утверждать (таков порядок) ассигнования или зай­мы денежныхсредств или же финансовые сделки и счета. Ничто так хорошо не создаетвпечатления всемогущества, как причастность, хотя и номинальная, к огромным сум­мамденег [«Они собираются раз в месяц, пристально изучают финан­совую витрину(но никогда не вглядываются в те цифры, опи­раясь на которые управляющие ведутдела), выслушивают пред­седателя и его комаиду, весьма поверхностно излагающихсостоя­ние дел, задают парочку вопросов, продиктованных сознанием имисобственного долга, высказывают общие соображения, кото­рые вежливо записываюти впоследствии игнорируют, и расхо­дятся до следующего месяца» (см… В. Townsend, Up the Organization, NewYork, Alfred S. Knopf, 1970, p. 49)]. То же самое наблюдается и внутрисамой техноструктуры. Председателям правлений или президен­там вручаюттщательно разработанные решения подчи­ненных им групп в атмосфере такогоуважения, что они, глубоко почитаемые, зачастую даже не замечают, что ихфункции сведены к простому утверждению решений. Все, кто служит вгосударственном или частном управленче­ском бюрократическом аппарате,инстинктивно достигают совершенства в таком ритуале. В государственном аппа­ратеэто, возможно, проделывается с особым искусством. Президентов,премьер-министров и министров подробно знакомят с вопросами, в которых они несведущи. Это лишь в редких случаях дает им возможность принимать решения. Чащеэто создает у них впечатление и позволя­ет создавать его у других, что данноерешение принято ими. А поскольку они верят в это, они, вероятно, как-то меньшеощущают потребность утверждать свою власть, которая в силу их некомпетентностибыла бы опасной или вредной.

Власть не уменьшится, если ее приписать кому-то другому. Она, напротив,почти наверняка возрастет, а пользоваться ею будет легче. Ничто так хорошо неслужит техноструктуре, как возможность переложить ответствен­ность занепопулярные или порицаемые обществом дей­ствия на более высокопоставленныхлиц. «К сожалению, мы вынуждены считаться с интересами акционеров «Я долженотчитываться перед советом директоров». Таким образом можно располагатьреальной властью без угрозы каких-либо неприятностей.

Необходимо сделать некоторые уточнения. Для чело­века, противящегося правде,ничто так не выгодно, как преувеличение, которое дает возможность опровергатьут­верждение целиком. Безграничной власть техноструктуры бывает только вкрупнейших корпорациях – лишь там достигает она, cвoего полного завершения. Нои здесь, если корпорация терпит убытки, пробудить акционеров можно, хотя каждыйиз них по отдельности обычно при­нимает более легкое для себя решениеизбавиться от акций, продав их. Борьба за передачу полномочия прoисходит и вфирмах-гигантах, но исключительно в тех из них, дела которых плохи.

С другой стороны, хотя одни силы распыляют акци­онеров, другие – особеннодеятельность страховых ком­паний, пенсионных фондов, касс взаимопомощи, банков– их сплачивают. Это до некоторой степени сдерживает про­цесс уменьшения властиакционеров. Однако влияние указанного фактора может быть легко преувеличено. Потрадиции, финансовые учреждения пассивны в отноше­ниях с управляющей верхушкойфирм. В этом проявляется сознание опасности некомпетентного вмешательства.

В небольших корпорациях индустриальной системы, особенно если они связаны стехнически менее сложными производственными процессами или изделиями, отдельноелицо – высший в управленческой иерархии администра­тор или крупный акционер –может быть введено в курс дела и поэтому может оказать влияние на принимаемыерешения. В крупных корпорациях так же, как и в мелких, существуют тринаправления, по которым такой человек может оказать влияние на те решения, длясамостоятель­ного принятия которых ему недостает информации.

Во-первых, он может изменить состав участников груп­пы по выработкерешений-он может смещать, перемещать и назначать ее членов. Большая частьвласти совре­менного менеджера связана именно с таким подбором кадров.

Во-вторых, он может предложить изменить саму об­ласть принятия решений. Самон не может с уверенно­стью принять решение о производстве нового товара, вве­дениив действие нового технологического процесса или приобретении дочерней компании.Оно требует участия группы специалистов, которые располагают необходимы­мисведениями или способны их добыть. Но он может поставить на обсуждение вопрособ этом новом товаре, процессе или какой-нибудь махинации. Окончательное ре­шениепо-прежнему будет зависеть от полной информа­ции, доступной лишь группе. Новоображение отдельной личности способно подсказать новые области приложенияэтих совокупных познаний. Обычно считают, и, возможно, не без оснований, чтогруппа со специфической компетент­ностью принимает решение лишь в хорошоизвестных границах или параметрах, но что она сама по себе не способна ихпреодолеть.

Наконец, указанное лицо может, прибегнув к помощи специалистов, оценитькомпетентность принимающей ре­шения организации и качество ее решений.Отдельный человек, поскольку он один, не обладает необходимыми для этогопознаниями, но может привлечь с этой целью другую организацию. На такой основев наши дни полу­чила широкий размах деятельность целой индустрии кон­сультативныхфирм по вопросам управления. Вместе с фирмами, оказывающими специализированныеуслуги в области техники и технологии, указанные консультатив­ные фирмы в 1970г. имели доходы, оцениваемые примерно в миллиард долларов. Крупнейшие из нихсами превратились в корпорации, а некоторые вошли в состав конгломератов [«ConsultantsClash Over Ownership», Business Week 1971 November 27, p. 66.].

Перечисленные полномочия – подбор персонала изыскание новых областей дляпроцесса принятия решении и надзор за его ходом- представляют собой основныепре­рогативы отдельных личностей в современной корпорации, именно это называютруководством, В зрелой корпорации они являются единственными прерогативамиличности, выступающей в своем качестве.

Ни одно из указанных проявлений власти, как об этом говорится ниже, незатрагивает существенных решений – что и как производить или как сбывать товарыили ока­зывать услуги. Хотя описанное здесь вмешательство мо­жет оказатьсянекомпетентным или неоправданным, а следовательно, и вредным, оно по природесвоей таковым не является. Тем не менее подбор персонала или реорга­низацияаппарата управления таит в себе угрозу для членов техноструктуры, поскольку этидействия означа­ют, что ее члены могут быть смещены, назначены на другие постыили отправлены на пенсию. А этому, подоб­но некомпетентному вмешательству всущественные решения, следует оказывать сопротивление. Как мы вскоре увидим,защита от подобного вмешательства также составляет одну из основных целейтехност­руктуры.

На практике в отличие от теории экономисты давно уже признали, что власть отакционеров переходит к управляющим. Растет также понимание того, что целиуправляющих могут отличаться от целей владельцев, что – как уже отметили д-рРобин Моррис из Кембриджского университета, проф. Вильям Баумоль и ряд другихуче­ных-именно управляющие в значительно большей сте­пени будут заинтересованыв надежности доходов и осо­бенно в росте фирмы [По этому поводу см.: Дж. К.Гэлбрейт, Новое индустриальное общество, М., «Прогресс», 1969 (особенно главуXV).]. Отделение собственности от процесса управления приводит к полномупересмотру положения о максимизации прибылей. В неоклассической модели погоняза прибылью является непрестанной и откровенной.

Источником энергии, которая впоследствии подчиняется общественному контролюи служит интересам о6щества, являются в силу совершенно случайного парадоксастяжательство, скупость. и алчность – отнюдь не самые святые человеческиекачества. Однако, когда cобственность отделяется от управления, возникает мучи­тельнаяпроблема Носителями стяжательства, скупости и алчности-незаменимых движущих силсистемы-являют­ся менеджеры, техноструктура, а плоды действия этих сил достаютсясобственникам. Управляющие же ничем этим собственникам не обязаны. Итак,система действует благодаря тому, что именно те, кто наиболее склонен к стя­жательству,сознательно готовы трудиться, на благо других. Алчность является филантропией,когда она служит другим. Таково то поразительное противоречие, котороесовременная крупная корпорация создает для неокласической экономической мысли.В отношении этой проблемы неоклассическая теория не находит ничего лучшего, какпопросту ее игнорировать. Она прибегает к наиболее испытанному изинтеллектуальных средств экономистов, которое заключается в том, что, когдаобнаруживаются не соответствующие теории факты, их просто-напросто от­брасывают.Во всей формальной теории и в большей ча­сти учебного курса по экономикесчитается, что предпри­ниматель, объединяющий в своем лице собственника ипривилегированного получателя дохода с активным руко­водителем предприятия,продолжает играть видную роль, Реальное положение дел в корпорацииигнорируется. Лю­бое рассуждение начинается с заявления: «Естественнопредполагать, что фирма стремится максимизировать при­быль». Как всегда, там,где дело касается погони за при­былью, в качестве основного отправного пунктаэкономи­ческого анализа выступает внешняя уверенность в от­кровенном одобрениилюдской жадности. Ни одна живая душа не может сомневаться в роли, которуюиграет это человеческое качество.

Иногда, правда, как уже отмечалось, считается, что отделение собственностиот управления оказывает неко­торое влияние на цели корпорации. Повсеместноемнение, состоит в том, что обеспечение надежности дохода и роста уделяетсябольше внимания, а погоне за прибылью – меньше. Но влияние такого представленияна неоклассическую точку зрения оказалось незначительным. Корпо­рация стремитсяк определенной комбинации надёжности роста и прибыли. Но рамки ее деятельностипо-прежнему определяются рынком: цены могут быть чуть ниже, а объем продаж чутьвыше,.нежели в том случае, если бы по­гоня за прибылью была бы единственнойцелью, но никакого радикального значения самим изменениям не при­дается. И еслибы фирма подчинялась рынку полностью, то эффект от стремления к достижению всехэтих проти­воречивых целей не мог бы действительно быть значи­тельным.

Однако если с возникновением крупных корпораций появляется возможностьшироко навязывать их волю об­ществу – не только устанавливать цены и издержки,но и влиять на потребителей организовывать поставки материалов иполуфабрикатов, мобилизовывать собственные накопления и капитал проводить своюполитику в отношении рабочей силы и оказывать воздействие на взгляды общества идеятельность государства, – тогда цели управляющих фирмой интеллектуаловтехноструктуры приобретают колоссальное значение. Не рынок определя­ет этицели. Они переступили границы рынка, использу­ющего как инструмент и становятсятой колесницей, к которой о6щество если и не приковано, то уж во всяком случаепристегнуто. Что современная корпорация располагает подобной властью,неоклассическая теория, конеч­но, отрицает. Что реальность именно такова, нам вдан­ном случае совершенно очевидно. Отсюда вытекает важ­ность целейтехноструктуры. В последующих главах эти вопросы рассматриваются болееподробно. Затем иссле­дуется механизм использования этой власти для дости­женияуказанных целей.

Цели эти, как мы вскоре увидим, служат интересам техноструктуры, включая иее меркантильные интересы. Жадность одних, опираясь на шаткие мостки благотво­рительности,не служит более скупости других. Это дол­жно казаться обнадеживающим.Противоречие неокласси­ческой теории исчезает. А в силу твердой приверженностик тезису о том, что люди используют власть для достижения своих ясно осознанныхэгоистических целей, такое утверждение полностью ортодоксально. Те же, ктопредпо­лагает, что менеджеры современной корпорации пресле­дуют не своисобственные меркантильные интересы, а денежные интересы собственников, которымони ничем не обязаны, должны в соответствии со всеми традиционнымипредставлениями взвалить на себя нелегкое бремя дока­зательства своегопредположения. Именно они оказывают бескорыстные услуги остальным важнейшимсоставным частям своей системы.

219
Нет комментариев. Ваш будет первым!