Восточная и западная цивилизации

Понятие «западная цивилизация» сформировалось в сопоставлении и нередкопротивопоставлении с другим — «восточная цивилизация». Первое понятиеиспользуется как синоним европейской культуры, культурной общности стран инародов Европы, сохраняющейся с эпохи Древней Греции по настоящее время иопирающейся на типологическую общность культурных традиций и способов ихсамоосуществления на всем протяжении исторического развития. Второераспространенное значение— способ культурного самоосуществления, образа жизни иценностей западного мира, выходящего за пределы Западной Европы и включающегоСеверную Америку, Австралию и другие регионы. Термин «западная» характеризует типологические отличия отвосточной культуры, а термин «цивилизация» говорит не только о внутреннихимпульсах и культурных установках, но и о последствиях, результатах,технологической оснащенности западной культуры, что в совокупности дает эффектзападной цивилизации. В этом случае речь идет прежде всего о доминирующем типекультуры, что вместе с рассмотрением вопроса о способах ее реализации доводитего обсуждение до проблем цивилизационно-исторической целостности и созданиятеоретической модели Запада.

В современныхисследованиях обычно цивилизация Запада отождествляется с европейскойтехногенной культурой, исторически базирующейся на экспериментальной науке,превращающейся в современном обществе в поставщика технологий, исоответствующей системе образования. Техника и наукоемкие технологии сделаливозможной европейскую цивилизацию, в которой человек впервые в его историивынесен за пределы производственного процесса. Европейская наукоемкая культурапредполагает постоянное обновление и модернизацию производства и всегосоциального уклада. Изменяющиеся представления о знаниях и познавательныхустановках, которые переакцентируются вследствие беспрестанно расширяющихсяинформационных возможностей и коммуникационных взаимодействий с объекта насубъект, затрагивают фундаментальные вопросы человеческого бытия и пределовизменения среды, природного и социального окружения человека, что выступаетвторой, оборотной, стороной модернизационных возможностей Запада.

Глобальныецивилизационные характеристики Запада обосновываются обычно в соответствии стем, по каким параметрам проводится различие между Западом и Востоком (внастоящее время добавляется новая оппозиция Север— Юг, но этим не снимается прежняя). В этом отношении проводится различиебуквально по всем глобальным вопросам: «механистическая» наука на Западе и«организмическая» на Востоке, в частности в Китае, соответственно экстравертныйи интровертный тип личности, гилозоизм и иррационализм как преобладающий типмироощущения на Востоке и рационализм и прагматизм на Западе. Эта проблема неможет быть самозначащей, поскольку речь идет о конститутивных основах западнойцивилизации, объединяющих ее в единый цивилизацион-но-исторический тип. Чащевсего в качестве таковых называют культурные достижения эпох Возрождения;Просвещения; научно-технической революции.

В свою очередьвозникают вопросы о культурной преемственности Возрождения и в целомевропейской культуры с античностью, роли средневековья и «осени» средневековья,культурном проекте Просвещения и его исчерпанности в настоящее время, и т. д.Эти вопросы не только погружают в центр современных дискуссий о сущности ибудущем Запада, они рисуют изменяющийся культурный образ Запада, основанный наидеях и размышлениях, отличающих целые эпохи в его культурном развитии,выступающих для них культурными ориентирами и регулятивами, позволяют говоритьо Западе как итоге и результате сложных исторических метаморфоз. И только заэтими идеями и образами угадывается целостный облик Запада какцивилизационно-исторического образования, синонимичность понятий ЗападнаяЕвропа и Запад при этом сохраняется.

Эволюциятеоретического самоописания Запада начинается с его противопоставления Востоку,которое осуществили древние греки, увидевшие в надвигающихся на них армадахперсов скопище рабов, предводительствуемых тираном, и противопоставившие имидеалы человеческой свободы и достоинства личности. Однако уже АврелийАвгустин, размышляя о причинах падения античного мира (Римской империи) ипроводя радикальное различие между «градом божьим» и «градом земным» закладывалосновы линейного понимания истории. В новое время обосновывается идеяисторического прогресса, но уже на рациональном основании (Руссо, Тюрго,Кондорсе). Разум рассматривается как демиург истории, а Европа — как цель иитог исторического развития. В просвещенческой модели культуры, основанной нарационализме, историзме и гуманизме, и в немецкой классической философиисохраняется различие сущего и должного, а рефлексия, самосознание духа (Гегель)превращается в обязательную процедуру саморазвития культуры. Но тем самымскладывается европоцентристское понимание исторического развития, итогом и эталономкоторого выступает самоовозоб-новляющаяся и самообновляющаяся культура Европы.

При этомнеобходимо избежать абсолютизации европейского пути развития. Если наука в еетехнологической значимости, диктующей способность современных стран кконкуренции, — результат уникального европейского пути, то не значит ли это,что Европа изначально встала на этот путь. Данная тема не рассматриваетсяспециально в теоретическом плане, но ответ на ряд вопросов можно найти приобращении ко взглядам Шпенглера, который заметил принципиальное различие междуантичной и новоевропейской культурой, между апполоновским и фаустовскимчеловеком. Новоевропейская культура, характеризующаяся прагматизмом — этоособенность европейского исторического пути. Античное стремление к славе и современноестремление к потреблению — это совершенно разные вещи. Античность ужепровозгласила верховенство закона, прав человека и самоценность личности, ноона не провозглашала самоценности богатства и потребления. Не случайно Шпенглерпротивопоставил культуру, как проявление жизни души, цивилизации, какокостенению духа. В то же время Шпенглер тем самым объясняет равноценностькультур по их духовному содержанию. Современное общество, с позиции Шпенглера,погружается в окостеневший мир цивилизации. Со Шпенглером можно спорить, но то,что он видел самоценность разного типа культур, это — самоочевидно.

В то же времяоткрывается простор для рассмотрения проблем цивилизации. Традиционные культурысоздали свои цивилизационные миры, или они вливаются в единую мировуюцивилизацию? На этот вопрос имеются два противоположных ответа, которые неполучили еще достаточной научной разработки: 1 — процессы глобализации стираюткультурные различия разных цивилизаций, что объективно ведет к культурной исоциально-антропологической унификации; 2 — стремление сохранитьцивилизационные различия характеризует современные мировые процессы (процессысамоидентификации), что неминуемо ведет к столкновению цивилизаций.

Разрушениеевропоцентристской позиции связано с крушением иллюзий о возможности построениярационального и гармоничного мира на принципах разума. В конце XIX — первой половине XX в. кризис культуры становится одной из основных темфилософствования. У Шпенглера подвергалась сомнению, казалось бы, самая простаяи убедительная мысль — об историческом единстве античности и Европы. Онаразбивается о твердое убеждение Шпенглера в несхожести различных типов культур,применительно к которой невозможно говорить не только об исторической связи, нои обо всякой преемственности и духовном родстве. Античная культура, как ивсякие другие культуры, о которых мы знаем, бесконечно далека от нас и не имеетдля нас никакого значения. Современный западный человек замкнут в своемодиночестве и находится в скорлупе собственного цивилизацион-ного пространстваи окаменелости духа. Поэтому речь должна идти о двух типах культур: античной —аполлонов-ской и европейской — фаустовской.

Фаустовскийчеловек (один из образов Запада, у Шпенглера речь идет именно о Западе — Abendland) потерялсамое ценное — единство с жизнью. В погоне за бесконечностью мира и собственныммогуществом он пришел к собственному духовному оскудению. В этом обнаруживаетсясердцевина кризиса западного человека. Но другая сторонавопроса состоит в том, что при таком взгляде Европа теряет свои духовныеосновы, из которых исходили целые эпохи и духовные движения — Ренессанс,Реформация, Просвещение. Нет здесь никакой преемственности, не устаетутверждать Шпенглер, евклидова математика -*- это одно, современная — совсемдругое, и так далее. Провозглашается духовное одиночество Европы, полнаяоторванность ее от корней и источников, каковыми всегда выступал античный мир.Но самый главный удар приходится по западной гуманитаристике, в основе развитиякоторой лежала процедура рефлексивной соотнесенности с античной культурой,позволяющая выяснить смысл и назначение европейского человека, обосноватьосновные ценности Запада: свободу, разум и права человека. Разрушаетсявозможность культурной идентификации современного европейского человека с совершенныммиром порядка и меры, и фаустовский человек, лишенный античного зеркалакультуры, начинает замечать в своем лице страшные гримасы и звериный оскал.

Первым,однако, поднял знамя антисциентизма Ф. Ницше и, как следствие этого, развенчалрационалистический образ античности как родины европейского разума и науки ипровозгласил создание нового образа Запада. В XX в. с антисциентистских же позиций, оценивая античную иевропейскую культуру в целом и обосновывая возвратное движение «назад кдосократикам» как альтернативу «рационализму и метафизике», выступил М.Хайдеггер.

Начинаемаяантичностью история западной метафизики есть, по Хайдеггеру, история великойтрагедии бытия. Истина бытия принадлежала досократикам, в то время как всяистория западной метафизики, начиная с Платона, есть «забвение бытия». Именнодосократики говорили на языке бытия, им была доступна безрефлективная истинабытия в их «прислушивании» к голосу природы («фюсис»). Именно «фюсис-концепции»досократиков дают возможность «помнить» о бытии, обеспечивают присутствие бытияво взаимодействии с вещами. Логика, познание, характерные для Запада, — началозабвения бытия, поскольку они разрывают с этим первоначальным исконноантропологическим содержанием «фюсис».

В глобальномплане в истории мировой цивилизации Западу должно быть отведено особое место,однако не для того, чтобы противопоставить Запад Востоку, хотя различия вдинамике их исторического развития несомненны. Запад демонстрирует необычайнуюмобильность и обновление, Восток и на рубеже третьего тысячелетия проявляетверность своим традиционным культурным ценностям и ориентирам. Вопрос состоит втом, чтобы избежать европоцентризма, монолинейного пониманиякультурно-исторического развития, во главе которого стоят страны Европы, а впыльном хвосте еле просматривается отсталые страны и народы. ОсвальдомШпенглером, в частности, была продекларирована равноценность и равнозначностьмировых культур.

Другое дело,как реализовать эту декларацию в практике историко-цивилизационного построения.В этом случае важно увидеть многообразие, «полифонизм» мировых культур. Учетспецифики Запада не только не закрывает путь к воспроизведению этоймногообразной культурной палитры, но и позволяет подчеркнуть традиционныеособенности национальных типов культур, которые вовлекаются в современноекультурное взаимодействие, не теряя своего своеобразия. Несколько обобщая,можно было бы заметить, что унифицирующее воздействие современной западнойцивилизации на традиционные типы культур состоит в том, что она втягивает их ворбиту научного по происхождению, техногенного по сущности сообщества.

Именно Европа(и в этом смысле наиболее значимо выражение — Запад) породила науку каксоциокультурный институт. Речь идет лишь об экспериментальной науке, которая исоздает научно-техническое общество. В этом случае и приходится констатироватьвзаимосвязь и взаимообусловленность трех культурных событий в историиевропейской цивилизации: Возрождения, Реформации, научно-технической революции.В современном мире наука, как институт социального обновления и поставщиктехнологий, распространяется по всему миру. Научный (западный) тип культурыпроявляет свое унифицирующее воздействие лишь на современном этапеисторического развития. Отрицание линейного понимания культурно-исторического развитиявовсе не предполагает, что западная культура не может пониматьсяуниверсалистски, т. е. как общечеловеческое достояние. Но понимается она в этомкачестве прежде всего по своему вкладу в культуру современности, по результатамее культурного развития, а не по предполагаемой обязательности, универсальностиисторических путей Запада для всего человечества.

Отсюдавозникает необходимость реконструкции многовариантного генезиса культуры,рассмотрения основных типов традиционных цивилизаций (Китай, Индия, Арабскиймир, Латинская Америка, Африка). На этом фоне выявляется специфика иуникальность Запада, начиная с античности. Уже на этом этапе историческогоразвития представлена многообразная палитра мировых культур, что и позволяет вдальнейшем охарактеризовать их современное состояние, как синтез традиционногои универсалистски научного, западного, характерный для современных процессовглобализации. Естественно, что при таком подходе западная цивилизация выступаетглобальным фактором современного мира, что позволяет, обратившись кмногообразию традиционных культур, проследить, как реализовался в нихевропейский импульс, как он способствовал их трансформации в условиях диалогакультур и усвоения европейской по происхождению «научнойкультуры».

Необходимо учитыватьпроблемы, порожденные техногенной цивилизацией, что и предполагает рассмотрениеих в особой плоскости «судеб западной культуры в двадцатом веке».

Проблема состоит в том, чтобы реконструировать онтологический проектзападной цивилизации, предполагающий возможность постоянного самообновления,кумулятивный эффект которого вылился в современные технические достижения исоздание массового общества. Наука, в том виде, в каком создали ее греки, ужепредставляет собой результат культурного переворота, тех предпосылок, которыедолжны были воспроизводиться в истории Запада, обеспечивая его онтологическуюцелостность. В сравнении с Востоком — это мобильность, страт самообновления.Западный мир не столько отличается от Востока в своей полярности с ним, скольконесет ее в самом себе, своем самосознании. Радикальность, которую привнес в мирЗапад в своем тысячелетнем развитии, понимается и конкретизируется, еслипоставить вопрос, почему наука и техника возникли лишь на Западе? К. Ясперс,выделяя VIII—VI вв. до н. э. как период радикальных перемен в мировойистории («осевое время»), ставит вопрос: «Обладал ли Запад уже в осевое времянеким своеобразием, следствия которого обнаружились в последующую эпоху?Заложено ли было уже в осевое время то, что позднее явило себя в науке?»

Восточныецивилизации базирутся на традиционном типе культуры. Традиционная культурапредполагает развитие аграрной сферы и ремесла. Технологии здесь не меняются напротяжении столетий, а некоторые — тысячелетий. Обновление не происходит, превалируюттрадиция и священный авторитет. Соответственно обучение — это овладениетрадицией, обычно в религиозной форме. Восточные культуры не только сохраняюттрадиционные технологии и традиционный способ жизни, но они прежде всегоостаются культурно-интровертными, направленными в себя, к сознанию исамосознанию. Интровертная культура Востока настраивает на изменениевнутреннего, но не внешнего мира человека, не природы и окружающей среды, всеэто объявляется священным и неизменным. Соответственно традиционные культурыВостока оставались неизменными на протяжении тысячелетий, но они не обращалиськ рациональным проблемам. Превалировали эстетические ценности и связанные сними установки. Традиции, церемонии, культ предков — все это делает устойчивымпринятый социальный порядок. Традиционный образ жизни, традиционная культурахарактеризуют не только Восточные цивилизации, но и цивилизации ЛатинскойАмерики, России и даже развитых европейских стран, где они представлены востаточном виде.

Запад каккультурная целостность получил исходный импульс от греческой цивилизации вантропологической области. Античная культура и цивилизация — это культураагонального (состязательного) типа. Состязательность и возникший на ее основеразум стали основанием для возникновения европейской культуры. Постоянноесоциальное обновление, культурное новаторство, делают возможным, в частности,одновременное зарождение в Греции истории, философии и художественнойлитературы. В исторически короткий период времени греки создают шедевры в областинауки, искусства и архитектуры, т. е. очеловечивают мир, приспосабливают его кчеловеческим меркам. Философские произведения, трагедия и комедия, лирика инаука — все это в сочетании с необычайным расцветом общественной жизни получилоназвание «греческого чуда». Древний грек действительно создал мир для человекаи во имя человека и этим человеком оказался он сам.

Древнегреческаядемократия, в частности, была бы невозможна без развитого личностного сознания,грамотности и правовой подготовки, что в свою очередь требовало рациональнойправовой идеи. Философия греков, провозглашавшая победу логоса над мифом, такжеотвечала потребностям личностной ориентации человека, порвавшего страдиционными ценностями и обратившегося к разуму как к универсальному способурешения всех проблем и нахождения нового, неожиданного решения. Полисныйрационализм и философский космологизм содержат базовый конструктив античногоинтерьера — представление о «природности» античного человека. Завершенныйстатический мир, в котором отсутствует актуальная бесконечность, допускаетсуществование бесконечного в модусе возможного, как последовательности этапов исостояний, т. е. как бесконечной возможности осуществления.

Такая позицияобъясняет, конечно, и финитизм античного мышления, его стремление к обоснованиюцелесообразности. Но такое мышление предполагает и наличие человека в этомцелесообразно устроенном, завершенном и ограниченном мире. Единство человека сприродой и возведение ее в труднопостижимый, но не трансцендентный абсолют предполагаетэстетическое видение мира, созерцательность, стремление к мере и порядку,рассмотрение мира таким, каким он должен быть для того, чтобы быть познанным.Гордый, самодовлеющий человек опирается на возможности разума и изгоняет измира все мистическое, непознаваемое и непознанное и этим очеловечивает мир,создает космический интерьер, позволяющий ему всюду чувствовать себя дома и накраю Ойкумены реализовывать свои честолюбивыезамыслы и устремления.

Переход ксредневековой эпохе ознаменован обращением к личному духовному абсолюту,отбрасывается античный принцип «из ничего не рождается нечто» и утверждаютсяпринципы креационизма и провиденциализма. Рациональное оказывается далеко неглавным в человеке, открываются другие, более глубокие измерения личности:вера, надежда, любовь. Преодолевается изначальная установка на рациональныйпорядок и меру, резко возрастает интерес к тайне и открывается бездонность,неисчерпаемость личности и ее производность от трансцендентного абсолюта.Человек — слабое, несовершенное существо, не теряющее, однако, возможностиединения с абсолютом и нахождения в нем поддержки и спасения. Настоящее теряетсвою самодостаточность, оно должно быть одухотворено присутствием Всевышнего,который структурирует не только природу, но и социальность. • Христианскаярелигия и основанная на ней культура создают новое историческое основаниецелостности Запада: христианский Запад противостоит мусульманскому Востоку, нов тоже время появившееся со времен Диоклетиана (293 г.) и официально закрепленноев 395 г. деление Римской империи на Западную и Восточную сохраняется иуглубляется в противопоставлении католического Запада православному Востоку. Ивсе же есть основания говорить о цивилизационной преемственности между Римскойимперией и Западной Европой (сохранение латыни, правовых и философскихтрадиций), о так называемом «романском» начале и синтезе его с «германским»(племенным) началом, что в результате дает необычайный социальный эффект:феодализируещееся общество, в котором большую роль начинают играют правовыенормы и сословные ограничения, перед которым маячит на горизонте историизаманчивый образ античности — блестящего и неповторимого прошлого. С этимсвязаны и неоднократные попытки «возродить» его.

Переход ксовременному состоянию Запада связан с обмирщением средневековой культуры(«осень средневековья») и секуляризационными процессами, которые не толькохарактеризуют религиозную ситуацию в западной культуре, но и обнаруживают своюантропологическую значимость, а именно, последующие изменения христианскойличности, связанные с возрожденческой парадигмой и идеями Реформации, ивытекающие из этого парадоксы и проблемы личности в культуре Запада XX в. Отныне традиционный образ средневекового Запада будетвосприниматься через призму бессмертных творений Леонардо да Винчи, Рафаэля иМикеланджело. Новый антропологический образ Запада, коренящийся в еевозрожденческих основаниях и упроченный в Новое время, не только возвращаетдоверие к силе и могуществу человека, но и открывает доселе неизвестную областьего применения: актуально бесконечный мир и подлежащая безжалостному изменениюприрода.

Имеющие исамостоятельное значение историко-культурные попытки говорить с Богом на языкеприроды, поскольку человек потерял античное доверие к разуму, а се-куляризационныепроцессы значительно потеснили веру, начинаясь в эпоху средневековья, к Новомувремени завершились созданием экспериментальной науки. Эксперимент оказалсяпоследним, решающим аргументом в установлении истины божественного творения,открывались просторы создания техногенной цивилизации. Культура Возрождения иПросвещения очерчивает ее социальные границы, воспроизводит классическиеценности античного мира в своей переориентации от ценностей надчеловеческих киндивидуальным и личностным. Провозглашенные Просвещением и ставшие базовымидля Запада либерально-демократичекие ценности завершают социальный переворот взападной цивилизации, в то время как ряд антропологических идей современнойзападной культуры можно редуцировать непосредственно к возрожденческойпарадигме и идеалам и ценностям Реформации.

Особая роль вконституировании западного общества принадлежит XIX в. Наука и ее достижения, последующие процессыиндустриализации и либеральные ценности позволили Западу создать привычный наммир технического благополучия и изобилия, но и создали иллюзию его«естественности», самопроизвольности, выступили причиной появления наисторической арене, как отмечает Ортега-и-Гассет, самодовольного иограниченного человека-массы. Он же, указывая на примеры тоталитаризма в XX в., отмечает, что не наука и элитарная культура,создавшие современную цивилизацию, выступают угрозой Западу, а бескультурьемассы, заменившей культуру стремлением к власти.

Современныйэтап самосознания Запада — постструктурализм, критика уже не европоцентризма, алогоцентризма, толкования знания как власти (М. Фуко) — позволяетсвязать воедино процессы дегуманизации современной техногенной цивилизации сположением личности в западной культуре. Отталкиваясь от современных реалийкультуры постмодерна, своеобразие и новизну позиций современного Запада можноувидеть в том, что он не противостоит парадигме нового времени. Наоборот,наблюдается преемственность в их развитии, хотя проблемы последствийэкспоненциального развития науки и техники ставят вопрос об исчерпаемостиприродных ресурсов и о последствиях техногенных воздействий на личность, чтопозволяет охарактеризовать процессы дегуманизации как базовую тенденциюзападной культуры, воочию обнаруживающую себя в эпоху постмодерна. Хотяпостмодернизм возникает в результате разочарования в ценностях и идеалахПросвещения, корни его находятся гораздо глубже, в мировоззренческих установкахв культуре Запада XX в., которые сформировались под воздействием процессов индустриализации иинформатизации.

Последующеерассмотрение истории мировой культуры начинается с первобытной эпохи. Оназаложила культурный фундамент человечества, который послужил основанием длякультурного роста многочисленных народов, создавших свои цивилизационные миры.

Оцените статья

Нет комментариев. Ваш будет первым!